Назад к списку Профессия и карьера

Наталья Бехтина: «Политический обозреватель радио: путь в профессию»

Наталья Бехтина – ас отечественной радиожурналистики. Именно она открыла в 1990 году первую передачу «Радио России». С тех пор Наталья Павловна – бессменный ведущий программы «От первого лица», политический обозреватель «Радио России» и «Маяка». С Натальей Бехтиной беседует корреспондент портала MediaJOBS.RU

Вы начинали свою журналистскую деятельность на радиостанции «Юность» еще в советские времена. Что из этого опыта оказалось полезным впоследствии? Чьи профессиональные уроки вам пригодились?

Самым ценным из опыта работы в «Юности» было то, что эта радиостанция была, по моему убеждению, первым свободным радио в Советском Союзе. Может быть, даже более свободным, учитывая обстоятельства, чем радио «Свобода». Действительно, журналисты, которые работали в «Юности», не боялись ничего. Не боялись начальства – хотя нам часто попадало. Они стали первооткрывателями многих жанров радиожурналистики, например, такого, как радиофильм. Радиофильмы делала только «Юность». Трудно даже описать, что это такое, сейчас подобного в эфире не услышишь. Некое соединение авторского текста, хотя такого понятия тогда не было, с звукорядом – голосами, шумами, музыкой. В «Юности» работало много достойных людей – Юра Визбор, Игорь Саркисян, Борис Абакумов. Блестящие журналисты, Царство им небесное. Их уроки оказались незабываемыми.

Пройдя многие ступени служебной лестницы, вы можете сказать, чем работа политического обозревателя радио отличается от работы, скажем, корреспондента?

Корреспондент работает, что называется, в поле: делает какие-то локальные сюжеты на конкретную тему, репортаж «со звуком», или отчет о каком-то событии. А политический обозреватель занимается аналитикой, ему необходим более широкий кругозор, видение всех событий политической и общественной жизни.

Сколько же времени, на ваш взгляд, надо заниматься журналистикой на радио, чтобы приобрести опыт и право уже в качестве политического обозревателя сесть к микрофону?

Я занимаюсь этим ровно столько, сколько существует «Радио России». До этого никогда не занималась политикой. В «Юности» начинала корреспондентом в отделе так называемой комсомольской жизни. Потом стала работать в отделе художественного воспитания, готовила литературные программы, в частности, авторскую «Читальный зал». Еще делала музыкальные программы, познавательные, викторины. Когда началось вещание «Радио России» все журналисты бросились в политику, но потом некоторые от этой тематики отошли, потому что появились художественные передачи, детские и так далее. А я так и осталась с политикой. Так вот, с моей точки зрения, надо отработать лет десять, чтобы стать политическим обозревателем, научиться разговаривать в эфире с людьми, которые знают больше тебя.

В качестве политического обозревателя вы выражаете собственное отношение к событиям, о которых идет разговор в эфире?

Безусловно. Я ведь не ведущий выпуска новостей, который не может выражать свое настроение или давать личные оценки событий. Ему положено сообщать новости. А тот, кто занимается аналитикой, несомненно, имеет право на собственную точку зрения. И вправе высказывать ее даже если она не совпадает с мнением его собеседника. У меня в студии часто бывают люди, чуждые мне по политическим взглядам или каким-то иным соображениям. Я беседую с ними корректно, - надо проявлять терпимость, дать возможность гостю высказаться. Конечно, если человек попытается в прямом эфире призывать к чему-то, что запрещено законом, журналист может и должен прервать его.

В чем, по-вашему, разница между работой радиожурналиста и газетчика? Они взаимозаменяемы?

Думаю, нет. Особенно сейчас, когда в радиожурналистике возможен свободный, авторский стиль. Я, например, никогда ничего не пишу. Если меня попросят написать, скажем, статью, для меня это будет затруднительно. Я владею разговорным жанром. Так что насчет взаимозаменяемости - не уверена.

Но бывают случаи, когда газетный журналист с успехом работает на радио?

Конечно. Я сама пришла на радио из газеты. Правда, я не так долго там работала, всего год. Но тогда на журфаке МГУ не учили радиожурналистике, готовили только газетчиков и издательских редакторов. Так что в принципе переквалификация возможна. Если человек владеет азами профессии, то почему нет?

Вас, Наталья Павловна, приглашали работать на телевидение. Вы предложение не приняли. Почему?

Да потому что люблю радио, его атмосферу, радио, где я, простите за банальность, боец невидимого фронта. Мне очень нравится, что меня никто не знает в лицо. Теперь, к сожалению, благодаря Интернету, эта неизвестность стала исчезать. На телевидении, мне кажется, журналист очень зависим от многих людей и обстоятельств. На радио меньше, есть только ты – и твой коллега, который двигает микшер за стеклом аппаратной.

Какими свойствами – профессиональными и человеческими - должен обладать нынче радиожурналист?

Прежде всего, должен быть грамотным, чего, к сожалению, часто не наблюдается. Вот сегодняшний пример. Умер Мстислав Ростропович. Молодые коллеги спрашивают: а он вообще откуда, кто да что… Я уже не говорю об ударениях, об умении строить фразу. Должен быть какой-то background в виде прочитанных книг, накопленных знаний, опыта жизни. Радиожурналист должен хорошо звучать. А сейчас мало обращают внимания на то, что называется радиофоничностью. В советские времена к микрофону не допускали прежде, чем журналист пройдет курсы техники речи. Чтобы так запросто войти в студию и сесть к микрофону – это было невозможно! А теперь – и 33 буквы не выговаривает, и пищит, и гнусавит, и ничего, выходит в эфир. Человек, который себя уважает, будет работать над собой.

Кого из коллег радиожурналистов вы выделяете? Как оцениваете профессиональный уровень?

Много талантливых журналистов есть и на «Маяке», и на «Радио России» и даже на нелюбимом мною «Эхе Москвы».

За что вы не любите эту радиостанцию?

Это радио, начавшись как первое свободное радио, как они позиционируют себя до сих пор – «свободное радио для свободных людей», на мой взгляд, превратилось в радио для маргиналов. Мне не нравится стиль общения ведущих ЭМ со своими слушателями. И аудитория изменилась. Если раньше в студию прямого эфира звонили интеллигентные люди, то теперь зачастую – хамы. Эти перебранки в эфире не способствуют укреплению либеральных ценностей в стране, свидетельствуют о некоторой распущенности. Это – не мой стиль.

На «Радио России» приходит журналистская смена, что бы вы ей пожелали?

Как завещал товарищ Ленин – учиться, учиться и учиться. Перво-наперво учиться читать вслух. Взял любимую газету – «Коммерсант» или «Комсомолку» или другое издание – и, хорошенько артикулируя и опираясь на диафрагму, читай каждый день. Это – если вы хотите работать в эфире. Необходимо слушать, читать – банальные советы, но ничего другого не предложу. И пожелаю уважения к своей профессии.

Разные вузы уже несколько лет готовят политологов. На «Радио России» есть политические обозреватели с таким образованием?

Пока нет.

А как вы считаете, нужны политологи в качестве политических обозревателей радио?

Не думаю, что такое образование или опыт работы необходимы. С одной стороны, политолог – специальность довольно узкая. С другой, грамотный политолог – всегда широко образованный человек, и в своих экспертных оценках может обращаться и к истории, и к философским доктринам. В любом случае, журналисту, тем более политическому обозревателю надо иметь хорошее образование. А что касается именно политологического – на знаю. Пока у нас таких политобозревателей не было.

Программа «От первого лица», которую вы ведете более 15 лет, - авторская. Насколько вы удовлетворены тем, что у вас получается? Влияет ли на ваш выбор тем и собеседников руководство?

Удовлетворена. Люблю свою работу, свою программу. Руководство на мой выбор не влияет. В той мере, в какой может быть свободен журналист государственной радиостанции, то есть в рамках редакционной политики, - я свободна.

Считаете ли вы свою журналистскую судьбу сложившейся удачно? Достигли ли того, к чему стремились?

Безусловно, свою судьбу и карьеру считаю удачными. Всего достичь невозможно – нет пределов совершенству. Но, по крайней мере, сегодня я довольна. Я люблю своих слушателей, часть которых любит меня и мою программу, часть – не любит. Впрочем, их нелюбовь меня нисколько не огорчает – огорчают заблуждения, но не в отношении меня, а в отношении жизни…

Юрий Крохин, MediaJOBS.RU