Назад к списку Профессия и карьера

Самат Галимов, технический директор сайта «Медуза»: «Самое главное — не молчать, когда чего-то не понимаешь. И желательно не истерить».

Самат Галимов

 

Самат Галимов занимался олимпиадным программированием, закончил ВМК МГУ. Стажировался в Яндексе, работал системным инженером в Zvooq. С 2012 по 2014 — технический директор сервиса «Букмейт», с ноября 2014 — издания «Медуза». Женат, 2 дочки, живет в Юрмале.   

Что такое технический директор? 
Термин очень размыт. В разных компаниях, и даже в одной и той же в разные периоды ее жизни, человек на этой должности делает разные вещи. Многое зависит от личности. Я — человек, который разбирается в технологиях, любит копаться в деталях, и при этом готов разговаривать на языке индустрии, в которой работает. В случае медиа — это медиаформаты, медиапотребление, читатели. Я одной ногой стою в технологиях, а другой — в продукте, в новостях, в контенте. Я переводчик между двумя мирами. Я технарь, к которому журналист или издатель приходит с идеями, а я объясняю, можно ли это сделать, и если да, то сколько это примерно стоит. 

Часто бывает так: к тебе приходит человек и хочет сделать сайт, а ты его спрашиваешь не про то, каким он видит сайт, а собирается ли он вести телеграм-канал или постить свои новости в фейсбуке. Потому что из этого следует много разных других вещей — как сделать так, чтобы статьи хорошо открывались в соцсетях, например. Конечно, заказчик хочет вести трансляцию в фейсбуке, конечно, он не хочет, чтоб сайт выглядел плохо, оказываясь там — он это и подразумевал. Это и отличает хорошего технического директора в медиа от неопытного — предусмотреть те подводные камни, о которых заказчик не подозревает. 

Чем конкретно вы занимаетесь на «Медузе»? Как выглядит ваш рабочий день?
Примерно четверть времени я говорю с разработчиками — в слеке или по скайпу. Мы обсуждаем текущие проекты. Что получается, что нет, находим компромиссы между техническими возможностями, видением издателя, редакции, арт-дирекции. Тестируем разработки, проверяем, как что работает — это почти всегда лучше делать в две пары рук и глаз.

Какое-то время занимает разбор текущих проблем редакции и читателей: что-то выглядит не так, как задумывалось, что-то не открывается или очень долго грузится, — все эти вещи или чинятся на месте, или ложатся в план разработки. 

Планирование занимает примерно 5-ю часть рабочего времени. Дальше есть крупные проекты — сейчас это бюджетирование, закупка техники и планирование трат на 2018 год. Стараюсь выделять время на написание статей о всяком интересном техническом для нашего блога, но времени не хватает.

Что самое скучное в этой работе и чем она хороша?
Самое скучное, наверное, это всякие отчетности для бухгалтерии — каждая копейка должна быть учтена, и это много ручной пересылки документов. А самое любимое и классное — это общение с исключительно умными людьми. Это коллеги-программисты, издатель, арт-директор — все они выдающиеся люди, и я действительно каждый день этому радуюсь. Каждый умеет делать очень круто что-то такое, в чем я специалистом не являюсь, и я как в цирке — человек, который подносит инструменты тому, кто глотает шпагу. Ведь технический директор это помощник, который делает так, чтобы все вокруг двигалось. 

Сколько разработчиков у вас в подчинении?
10 человек. Почти по каждому направлению есть специалист экстра-класса. Это означает, что у каждого своя зона ответственности, каждый отлично разбирается в своей сфере, не нужно заниматься каким-то микроменеджментом — только объяснить, какой и в каком формате нужен результат. 

«Медуза» разработала много собственных инструментов для редакции. Задачи ставит только издатель или нет?
Конечным заказчиком является издатель. Я нахожусь у него в подчинении, как и арт-директор. У нас есть институт еженедельных продуктовых совещаний, в которых участвуем я с моим заместителем, издатель, арт-директор, заместитель главного редактора Саша Поливанов и Султан Сулейманов, ведущий раздела «Шапито», как самый технически подкованный представитель редакции.

Итак, вы выступаете переводчиком между творческими и техническими сотрудниками. Как наладить взаимопонимание?
Разговаривать. Самое главное — не молчать, когда чего-то не понимаешь (и желательно не истерить). Секретных знаний нет, и хороший технический директор должен быть способен объяснить любую закавыку на пальцах. Если он говорит «это сложно, ты не поймешь, поэтому будет так, как я сказал, а ты не встревай» — всё, это красный сигнал. Либо он халтурит, либо сам не понимает. Понятно, что это какой-то определенный уровень приближения, черта, за которой просто слишком долго будет объяснять особенности реализации, но в ближайшем приближении технический директор должен быть способен объяснить, что происходит. Часто — после консультации с разработчиками, он не обязан знать все сам.

Как техническому специалисту попасть на работу в «Медузу»?
Когда у нас появляется вакансия, я ее вывешиваю у себя в фейсбуке или в телеграме. Еще одна часть моей работы — рассказывать, как что устроено внутри «Медузы», например, для того же найма, ну и потому что людям интересно читать, как что-то устроено. Особенно если это написано не для других программистов, а более-менее человеческим языком. У «Медузы» есть блог, а у меня телеграм-канал «Запуск завтра», где я рассказываю о буднях работы техдиректора. 

Я стараюсь отвечать на все письма. Хочу публично извиниться, если кому-то не ответил — это случайность, а не сознательное игнорирование. Вообще, конечно, на «Медузе» найм устроен не так, как в других компаниях, потому что мы модный сайт и каждая наша вакансия сразу же привлекает большое число кандидатов, которым хочется поработать для «Медузы».

А вы берете стажеров?
Не всегда, потому что это довольно затратно по времени, но иногда берем, и в целом их было довольно много — людей, которые делали какие-то маленькие проекты не за деньги, а из интереса. Например, Сева Жидков разработал несколько классных телеграм-ботов, и после такого опыта пошел  работать в Mail.ru, а сейчас занимается во «Вконтакте» программированием рекламы. Гордимся им.

Что важнее — опыт или образование? 
У меня в дипломе написано — математик, системный программист. Мне кажется, самое важно это все-таки опыт, в каких ситуациях ты побывал, что сделал. Никаких дополнительных курсов я не оканчивал, много и бессистемно читаю.  

Как вы оказались в «Медузе»? 
Случайно. Три года проработал в «Букмейте», но не был лично знаком с его создателем — Андреем Зайцевым-Зотовым. После увольнения я решил это исправить. Мы встретились в кафе в центре Москвы на Мансуровском, поболтали, и он сказал — мы делаем «Медузу», не хочешь поучаствовать? Конечно, я согласился. Мы поехали с женой и дочкой на две неделю в Индию, а когда вернулись, я сразу начал работать. Офис разработки располагался как раз над этим кафе. Когда через несколько месяцев оформили документы — переехал в Ригу.

Можно назвать это работой вашей мечты?
Не знаю, у меня не было такого никогда — представления о работе-мечте, о том, какой она должна быть, но мне очень нравится моя работа сейчас. Есть люди, у которых составлен какой-то карьерный план. В университете у меня был сосед, который его даже исполнял. Он рассказывал, что родился в Абхазии в маленькой деревне и еще в школе решил, что будет учиться в МГУ, потом у него будет такая-то должность, в таком-то месте, потом повышение, а в 30 лет он видит себя тем-то. У меня такого плана никогда не было и нет. Я часто действую по наитию и не мог представить, что буду техническим директором «Медузы», о появлении которой даже не знал. 

Представляете ли вы что-то похожее, но круче, куда вам может быть когда-нибудь хотелось бы уйти?
Не очень, если честно. Раньше я боялся, что мои умения сложно будет приложить в другой компании, другой среде. Сейчас этот страх немного отпустил, но мне очень нравится «Медуза». 

Но есть какой-то известный англоязычный сайт, например, за работой которого вы следите? Не хотели бы вы оказаться там?
Я внимательно слежу технически за «Нью-Йорк таймс». Хотел бы я работать техническим директором «Нью-Йорк таймс»? У нас в «Медузе» условная «семья» из 10 программистов, а там «завод» — больше 100 инженеров. Пока мне это неинтересно.  
    
Расскажите про обеспечение безопасности на «Медузе».  Чему вас научили несколько атак?
Это часть работы, которой не всегда занимается технический директор, но у нас нет отдельного инженера технической безопасности. Когда ты делаешь обычный стартап по доставке пиццы на дом, ты не думаешь ни о каких суперхакерах — это либо конкуренты, которые тебя пытаются завалить, либо просто кто-то хочет украсть у тебя деньги. 

В работе с «Медузой» есть другой вектор — когда тебя пытаются сломать, просто чтоб тебя не стало. Это довольно важный аспект. Общая идея такая: ты представляешь, что ты атакующий и думаешь, как можно навредить «Медузе», пишешь план и пробуешь каждый из этих вариантов осуществить. Это один из этапов разработки, ни один сервис не запускается без такого анализа. Конечно, мы также заказываем аудиты безопасности у внешних специалистов. Это всегда вероятностная штука — какие последствия и насколько они опасны, при каких условиях это может произойти? 

Например, что делать, если предположить, что на нас упадет ядерная бомба — можно построить еще одну «Медузу» и нанять еще одну дублирующую команду. Какова вероятность? Вероятность слишком низкая, чтоб этим заниматься. Насколько реалистичен сценарий, когда твоего журналиста похищают и пытают? Более вероятно, чем атомная бомба, но недостаточно, чтобы тратить на это ресурсы. 

А вот сценарий «что делать, когда вы потеряли телефон», отрабатывается на каждой лекции по IT -безопасности для журналистов. Или вы заходите на сайт, а браузер говорит, что этот сайт может быть поддельным. Вам пришло письмо, и предлагается пойти по ссылке и посмотреть файл, в котором суперинформация, которая взорвет мир. Что с этим файлом делать? Мы сталкиваемся с этим каждую неделю. 

И что делать в таком случае?
В случае вордовского файла — можно попытаться его открыть. Если ворд начнет задавать дополнительные вопросы — передать файл программисту на анализ. Возможных вариантов атак бесконечно много, но есть какие-то самые популярные. Например, фишинговые письма — письмо как будто от гугла, вам предлагается ввести пароль, и если вы это сделаете, то ваш гугл-аккаунт взломают. Это происходит постоянно. Бывало, что такие штуки приходили главным редакторам и генеральному директору по несколько раз за день. Поэтому когда мы проводим учения — например, когда хакеры, которых мы наняли, пытаются нас взломать за наши собственные деньги, — мы обязательно отрабатываем и этот сценарий. 

Когда мы начинали работать — была тревожность по поводу IT-атак. Сейчас это рутина.

А можно по стилю атаки понять, связано это со спецслужбами или нет?
Отличить по стилю, Кремль это или нет, невозможно. Идеальный взлом — когда ты успешно взломал и этого  вообще не заметили. Классный взлом — когда ты сломал, но тебя не вычислили, а подумали на кого-то другого. А самый плохой — когда ты сломал и все сразу знают, что это ты. Вообще, люди думают, что чтобы что-то взломать, нужно быть президентом или олигархом. Но самое страшное как раз в том, что большинство кибератак довольно дешевые, их может заказать любой человек, имеющий пару десятков тысяч долларов. Почему мы не видим гигантского числа атак, я пока не понимаю. 

И традиционный вопрос от mediajobs: есть ли какие-то интересные — серьезные или не очень — источники, которые повлияли на вас когда-то? Кстати, есть ли художественные фильмы с образами технических директоров? 
Есть очень классный роман (!) про управление разработкой программного обеспечения. «Dealine, роман об управлении проектами». Есть совершенно безумный персонаж техдира в The Robot. А вообще я люблю сериалы про тиранов (завидую, наверное) — Boss про мэра Чикаго и House of Cards про Френка Андервуда.

Наталья Бесхлебная

Актуальные вакансии по теме
Подробнее
Республика Крым и Севастополь
от 13 000 до 35 000 руб.
Подробнее
6 часов назад
Подробнее
Кострома и область
от 13 000 до 35 000 руб.
Подробнее
6 часов назад
Подробнее
Тамбов и область
от 13 000 до 35 000 руб.
Подробнее
6 часов назад
Подробнее
Мурманск и область
от 13 000 до 35 000 руб.
Подробнее
6 часов назад
Подробнее
Тюмень и область
от 13 000 до 35 000 руб.
Подробнее
6 часов назад
Подробнее
Вологда и область
от 13 000 до 35 000 руб.
Подробнее
6 часов назад
Подробнее
Орел и область
от 13 000 до 35 000 руб.
Подробнее
6 часов назад
Подробнее
Курган и область
от 13 000 до 35 000 руб.
Подробнее
6 часов назад
Подробнее
Республика Мордовия
от 13 000 до 35 000 руб.
Подробнее
6 часов назад
Подробнее
Смоленск и область
от 13 000 до 35 000 руб.
Подробнее
6 часов назад
Посмотреть все вакансии